Наверх
26.01.2016

Нидерландский референдум и черный пиар: как победить в информационной войне

По мере приближения к дате неприятного для Украины референдума в Нидерландах ситуация вокруг волеизъявления прогнозируемо продолжает накаляться.

Декабрьской "темой месяца" стала история с картинами, украденными из голландского музея и вроде бы всплывшими в Украине – точка в ней, кстати, пока не поставлена.

Январский же вброс в виде фейкового видеоролика от имени батальона "Азов", обещавшего теракты мирным нидерландцам, оказался менее масштабным, но куда более провокационным. В практике информационных войн такого рода приемы применяются для нагнетания ситуации и для проверки реакции общественного мнения.

Полученные данные позволяют смоделировать стратегию действий для самого важного периода противостояния, который называется мобилизационным и приходится на последние предреферендумные недели.

По сравнению с "картинной" проблемой, фейковое видео псевдо-"Азова" выглядит булавочным уколом.

По сути, для украинской стороны этот кейс формата "малая угроза" дал возможность обкатать процедуры взаимодействия внутри рабочей группы, с "ньюсмейкерами", а также с нашими и нидерландскими СМИ. А еще прекрасный повод вспомнить непреложные законы отражения информационной агрессии.

1. Если цена вопроса высока (а в нидерландском случае она чрезвычайно высока), инициатор атаки всегда имеет достаточно четкий план нападения. И в этом плане точно будет магистральная стратегическая линия, на которую нанизываются отдельные мероприятия.

Поэтому важно провести возможный сценарный анализ и обновлять его по мере накопления информации – а в том, что ее объем сейчас начнет расти в геометрической прогрессии, у меня сомнений нет.

2. Новости, всплывающие в информационном пространстве, являются лишь верхушкой айсберга. Основные активности идут подковерно и закулисно.

Иногда наиболее одиозные провокации специально делаются достаточно явно, чтобы отвлечь ресурсы и внимание обороняющейся стороны от других, более важных вопросов. Поэтому необязательно бросать все силы на "поиск пуговицы", если наша ключевая проблема – "эсминец" (терминология одной из сцен "Дня радио").

3. У обороняющейся стороны должна быть своя стратегия. Если ее нет, то самые эффективные и креативные тактические ходы превращаются вместо стройной системы в сборную солянку.

4. Обороняющаяся сторона должна быть исключительно собранной и дисциплинированной. Антикризисный штаб, занимающийся отражением агрессии, должен действовать:

  • исключительно оперативно - в режиме 24/7;
  • в рамках четкой и понятной иерархии подчинения (наше вечное, советскими временами попахивающее, "гуртом батька легше бити" в информационной войне не проходит – здесь нужен римский легион, а не варварская орда);
  • по однозначно понимаемым и процессно-оптимальным протоколам взаимодействия, минимизирующим возможность утечки стратегически важной информации о наших намерениях.


5. Реактивная стратегия почти всегда означает заведомый проигрыш. Нельзя играть по правилам, навязываемым нападающей стороной.

Наша цель – не только реакция на раздражители, а перехват инициативы. Не наше внимание и ресурсы должен отвлекать противник, а мы должны заставить его танцевать лезгинку на горящих углях.

Для этого было бы разумно:

  • порадовать противника игрой на его половине поля - найти и обыграть болезненные проблемы, которые имеются в любых международных отношениях;
  • продемонстрировать воображение - не каждое слово должно быть правдой (на войне, как на войне);
  • вести работу не только в пиар-плоскости, но и в реальной жизни (дипломатические переговоры, агентурная сеть и т.п.).


И в завершение напомню - хотя очень надеюсь, что напоминание будет лишним, - что

речь идет не о банальной пиар-кампании, а о попытке ведения политической агитации на территории другой страны. Причем при неблагоприятных стартовых условиях

(фоновом евроскептицизме, ожидаемой высокой явке, высокой значимости результатов референдума для действующего правительства Нидерландов, с точки зрения сохранения народного доверия в преддверии парламентских выборов), высоком сопротивлении других заинтересованных сторон и ограниченном ресурсном потенциале Украины.

А значит, нет времени растекаться мыслию по древу, обсуждать, философствовать и громко радоваться промежуточным успехам.

То, что большинство агитационных активностей, по информации представителей МИД, будут иметь неправительственный характер, одновременно и хорошо, и плохо.

Хорошо то, что будет аккумулировано больше ресурсов, чем может позволить себе наше небогатое государство. Плохо то, что чем больше кураторов, тем меньше сфокусированности и меньше возможностей для эффективной координации процесса.

Но будем надеяться, что в итоге мы получим много отцов победы, а не множество попыток найти виновного.

http://www.eurointegration.com.ua/rus/experts/2016/01/26/7043791/