Наверх
11.11.2015

Референдум в Нидерландах: какой должна быть стратегия Украины

Лично для меня Нидерланды – это, прежде всего, рукотворная плодородная суша ниже уровня моря, многочисленные каналы и специфическое амбре Амстердама.

А еще цветущие каштаны в Гааге одной прекрасной весной и непривычно большое количество мужчин и женщин, чей рост выше моего немаленького. Ван Гог, Рембрандт и многое другое из истории и культуры.

Для Украины Нидерланды – небольшая по территории густонаселенная европейская страна, где менее 17 млн жителей. Отличные туристические маршруты, футбольная сборная, чей матч с Данией в Харькове открыл украинскую часть Евро-2012 и живописные жизнерадостные болельщики которой украшали собой город во время турнира.

А вот что представляет собой Украина для Нидерландов? Возможно - просто еще одна страна, откуда приезжают туристы и мигранты.

А с 17 июля 2014 года еще и страна, где навсегда остались 192 подданных Королевства, чьи останки по иронии судьбы отправились на родину через тот же Харьков. Потому что у нас идет необъявленная война, о ней рассказывают украинские беженцы, которым удается добраться в северо-западные европейские низинные земли.

Когда в Нидерландах начал муссироваться вопрос консультативного референдума на предмет Соглашения Украина-ЕС, в Украине забеспокоились. Это событие запланировано на 6 апреля и его результат будет иметь значение, если на участок придет 30% подданных короля Виллема-Александра.

Поэтому наше экзальтированное гражданское общество срочно занялось борьбой с ветряными мельницами. Забыв, что чем больше шума, тем больше ненужного внимания – в том числе и недоброжелательного.

Общественные настроения

Два фактора – война и катастрофа малазийского лайнера – определяют отношение нидерландских обывателей к нашей стране. Общение на протяжении последних лет со многими натурализовавшимися в Нидерландах украинцами и их супругами-друзьями это подтверждает.

Мы малоинтересны, а если о нас и вспоминают, то с тревогой – как приличествует при разговоре о "горячих точках" планеты.

Но при этом наших беженцев, в отличие от тех же сирийцев, принимают отнюдь не как жертв боевых действий, которые заслуживают сочувствия и поддержки. У нас же война необъявленная и не названная войной (то ли межгосударственная, то ли внутренняя), и спасаться от нее необязательно. По крайней мере, не за счет нидерландских налогоплательщиков.

А вот как раз евроинтеграционные устремления Украины здесь мало кого интересуют.

То есть нет "украинского вопроса", ради решения которого общество готово ломать копья на объявленном референдуме. Даже в кругу нашей диаспоры и ее окружения это далеко не первый пункт страновой повестки дня.

Но есть давняя история отношений с ЕС. Нидерланды, с одной стороны, - страна-основательница Евросоюза, а, с другой - страна, фактически одновременно с Францией поставившая крест на планах усиления полномочий наднациональный органов (вспомним историю с Европейской конституцией).

И есть очень серьезное недовольство результатами расширения ЕС на Восток: налоговая нагрузка растет, льготы урезаются.

В целом же общественные настроения достаточно объективно характеризуют проведенный опрос населения. Для нас это пока не плохо и не хорошо – информация к размышлению, и только.

Что делать Украине?

В сложившейся ситуации Украина в лице представителей официальной и народной дипломатии может вести себя по-разному.

Если бы информполитикой у нас занимались не декоративно-импотентное Минправды и рой имитирующих бурную деятельность в коридорах власти грантоедов, имело бы смысл помолчать и понаблюдать за ситуацией.

Параллельно заранее продумав все мыслимые антикризисные сценарии и стратагемы и приведя в боевую готовность коммуникационные каналы.

Проведя превентивную работу с полезными лидерами мнений. Сделав шаги, соответствующие ожиданиям общественности Нидерландов, в практической плоскости, и глобально-резонансно их осветив.

Но поскольку с внешней информационной политикой у нас "беда бедейшая", и эффективно воздействовать на зарубежную аудиторию нечем, для нас это не вариант.

Тем более, что молчать уже не получится – круги по воде пошли на привычном пафосе (Украина пожертвовала и жертвует слишком многим во имя евроинтеграции, и нам за это наши западные партнеры что-то должны).

И это все подает миру сигнал о том, как сильно мы обеспокоены угрозой неблагоприятного для нас исхода референдума.

Который очень легко использовать не в нашу пользу, если задействовать более мощную, чем украинская, пропагандистскую машину и правильные спин-технологии. Или у кого-то есть сомнения, что наши соседи используют эту возможность в своих целях?

Более тонкий вариант должен был бы предполагать совсем другую игру - на призрачности украинских европерспектив и отсутствии угрозы дальнейшего расширения ЕС на Восток. Хватит ли на него смелости и ресурсов, покажет время.

А пока у нас период подвешенного состояния, в течение которого придется балансировать между героической риторикой и иезуитской хитростью. Самое главное - не вешаться на шею нидерландским братьям и не рассказывать о нашем горячем стремлении уже завтра евроинтегрироваться с ними в самые десны.

Это как раз тот случай, когда о навязчивости нужно забыть. Надо использовать те возможности, которые открыты, а не ломиться в закрытую дверь дома, где не ждут бедных и проблемных дальних родственников.

На практике, если оставить за скобками живущую по своим законам сферу официальной дипломатии, это означает (хотя я и крайне не люблю давать непрошеные советы, не имея полного доступа к инсайдерской информации по обсуждаемому вопросу) следующее:

  1. Очень уважительное и осторожное освещение проблемы референдума в Нидерландах во внутреннем информационном пространстве Украины. Стоит помнить, что любую вырванную из контекста шапкозакидательскую глупость, вылетевшую из значимых уст, недружелюбная пропагандистская машина интерпретирует так, что осадок останется на пару метров радиоактивного ила.
  2. Максимальный пиетет по отношению к теме крушения малазийского лайнера – но сдержанный, чтобы не возникло ощущение, что в обмен на свою позицию Украина ожидает каких-то особых преференций от страны, чьи граждане погибли в авиакатастрофе над нашей территорией.
  3. Стартовый глубинный контент-анализ информационного пространства Нидерландов – включая социальные сети. Я не считаю, что можно полагаться на поверхностные исследования социологического характера, нужно очень четко понять базовые смыслы, каналы их распространения, пул лидеров мнений, степень и характер их влияния. В сущности, страна, как я уже говорила, небольшая.
  4. Актуализацию темы Украины для Нидерландов в контексте, не связанном с референдумом и нашими евроинтеграционными амбициями. Методами ли культурной дипломатии или бизнес-дипломатии – не столь важно. Но с возможностью убедить местную элиту в том, что Украина в обозримом будущем не способна оказать никакого негативного влияния на внутреннюю политику их страны.
  5. Задействование неукраинских политических лидеров для того, чтобы донести до нидерландской общественности месседж о безопасности Соглашения об ассоциации Украины для любых стран ЕС. Даже если нам самим эту риторику слушать будет невмоготу.
  6. Системную субъектную работу в зарубежном информационном пространстве (вдруг случится чудо и она начнет появляться). Включая все те же превентивные мантры, упрощенно звучащие как "Украина не угрожает благополучию нидерландцев и других европейцев", "Украина понимает, что путь в ЕС еще неблизкий", "Говорить о нас гадости и пугать вас могут только наши враги", - пусть опять же сказанные сквозь зубы.
  7. Подключение украинской диаспоры для трансляции месседж-бокса из п. 5.
  8. Непрерывный мониторинг и контент-анализ глобального информационного пространства по теме нидерландского референдума.


Есть еще изрядное количество шагов, которые следовало бы сделать, но они точно не из того списка, о котором можно рассуждать не в кругу специалистов.

Но если даже часть из приведенного перечня, опять же - хотя бы частично, будет сделана, мы можем рассчитывать благополучно пережить 6 апреля.

http://www.eurointegration.com.ua/rus/experts/2015/11/11/7040563/